Горе и утрата: стадии горя, сколько оно длится и что нормально

Кажется, что горю положен порядок: сначала отрицание, потом гнев, торг, депрессия — и в конце принятие. В жизни всё иначе. Через месяц после похорон вы смеётесь с друзьями, а через полгода плачете из-за песни в супермаркете. И появляется вопрос: со мной что-то не так?

Разберёмся, что известно о горе на самом деле: откуда взялись стадии, как горе обычно меняется со временем, сколько оно длится, чем горе после расставания похоже на горе после смерти и когда нужна помощь.

Что такое горе

Горе — естественная реакция на потерю человека или чего-то важного. Это не болезнь, и большинство людей проживают его без профессиональной помощи¹. В горе бывает всё: печаль и тоска, неверие, вина, злость, оцепенение. Эти чувства не исключают друг друга.

Утрата ощущается и телом. После неё часто нарушается сон, и чем сильнее горе, тем хуже спится². В первые недели и месяцы после смерти близкого выше и риск проблем со здоровьем, поэтому о себе в это время стоит заботиться особенно бережно¹.

Пять стадий горя: откуда они взялись

Пять стадий — отрицание, гнев, торг, депрессия, принятие — описаны в книге «О смерти и умирании» (1969); её автор — психиатр Элизабет Кюблер-Росс. Стадии составлены по беседам более чем с двумястами умирающими пациентами, а не с людьми, которые потеряли близких. Систематического исследования за ними не было. Позже стадии перенесли и на скорбящих³.

Надёжных данных, что горе проходит эти стадии, нет. Обзор 2017 года предупреждает: ожидание, что нужно «пройти стадии», может вредить тем, у кого горе идёт иначе. На деле оно больше похоже на американские горки³.

В известном исследовании 2007 года опросили 233 человека, которые потеряли близкого от естественных причин от одного месяца до двух лет назад. Чаще всего с самого начала встречалось принятие, и оно росло со временем. Из тяжёлых переживаний преобладала тоска. Авторы всё же сочли стадии подтверждёнными: после пересчёта шкал пики переживаний шли в порядке стадий. Но сами уровни переживаний этому порядку не следовали, а из анализа исключили людей с самым тяжёлым горем и тех, кто потерял близких насильственно⁴. Работу критиковали в том же журнале⁵. В другом исследовании то, удалось ли человеку осмыслить утрату, предсказывало силу горя гораздо лучше, чем прошедшее время⁶.

Данные для таблицы — в следующих разделах.

Как горе меняется со временем

Исследователи наблюдали за людьми до и после смерти супруга. В одном исследовании 205 пожилых американцев почти у половины (46%) симптомы депрессии оставались стабильно низкими — их горе не выбивало из колеи надолго. У 16% было хроническое горе, у 11% — подъём и постепенный спад, а отсроченное горе, которого так боятся, — лишь у 4%⁷. При наблюдении до четырёх лет после утраты устойчивыми оказались две трети, а у тех, чьё горе было хроническим, к четырём годам состояние вернулось к прежнему⁸.

После внезапных утрат большинство тоже восстанавливается, хотя многим поначалу тяжелее. Среди шведов, потерявших близких в цунами 2004 года, 41% были устойчивы, 48% постепенно восстанавливались, а у 11% горе оставалось хроническим⁹. Почти все эти данные получены в западных странах и на взрослых людях.

Как это происходит, хорошо описывает модель двойного процесса. Человек колеблется между двумя задачами: то обращается к утрате — вспоминает, плачет, тоскует, — то занимается восстановлением жизни: делами, новыми ролями, отдыхом. Передышки от горя — не бегство и не «бесчувственность», а часть здорового совладания¹⁰.

Многие сохраняют связь с умершим: вспоминают, мысленно разговаривают, чувствуют его присутствие. Раньше считалось, что от этой связи нужно отказаться. Сейчас известно, что её сохранение — не отрицание. Однозначного ответа, что полезнее — сохранять связь или отпускать, нет: это зависит от человека и от того, как именно он помнит¹¹¹².

Сколько длится горе

Универсального срока нет. После смерти от болезни или старости тяжёлые переживания чаще всего сильнее в первые полгода, а потом ослабевают⁴. Но ближе к годовщинам горе может снова усиливаться⁶. В большом американском опросе овдовевших людей даже через 20 лет после утраты думали об умершем супруге в среднем раз в одну-две недели¹³. Это нормальная часть жизни после потери.

Иногда горе не смягчается. Для этого в Международной классификации болезней 11-го пересмотра есть пролонгированное расстройство горя. Оно бывает только после смерти близкого человека: тоска по умершему или постоянная поглощённость им сопровождаются сильной душевной болью — печалью, виной, гневом, трудностью принять смерть, ощущением, что потеряна часть себя. Такое горе длится не меньше шести месяцев, явно превышает то, что принято в культуре человека, и сильно мешает жить. Горе, которое длится дольше, но в пределах норм своей культуры, расстройством не считается¹⁴. В американской классификации DSM-5-TR минимальный срок для взрослых — 12 месяцев¹⁵. Эти сроки — условные пороги для диагноза, а не норма, к которой нужно успеть «отгоревать»¹⁶.

Насколько это часто? По метаанализу, после ненасильственной смерти близкого пролонгированное расстройство горя развивается примерно у 10% взрослых¹⁷. В обзоре 16 стран в случайных выборках оно было у 5%, а в неслучайных — у 16%¹⁸. Вероятно, в такие опросы охотнее приходят те, кому тяжелее, а опросники без разговора со специалистом завышают частоту¹⁹. После насильственных и внезапных смертей доля выше, но и эти оценки, по-видимому, завышены²⁰¹⁹. Сильнее всего с затяжным горем связаны очень тяжёлое горе ещё до смерти близкого и депрессия²¹.

Горе во время войны

В онлайн-опросе 2050 взрослых в Украине в сентябре 2023 года 88% хотя бы раз в жизни теряли близкого человека. Признаки пролонгированного расстройства горя по опроснику были у 13% из них. Риск был выше, если утрата случилась 6–12 месяцев назад, если умер партнёр или близкий погиб на войне²². Когда к опроснику добавили уточняющие вопросы, как на клиническом интервью, доля снизилась до 10%²³. Это не диагнозы, и в опрос не попали те, кто уехал.

Среди беженцев затяжное горе встречается часто, нередко вместе с посттравматическим расстройством и депрессией, а трудности жизни после переезда связаны с более тяжёлым горем²⁴. Отдельная боль — неопределённая утрата, когда нет ясности: например, человек пропал без вести или дом цел, но вернуться в него нельзя. Такое горе трудно прожить до конца, потому что нет точки, с которой оно начинается²⁵. Об этом — в статье «Эмиграция и адаптация».

Многие уехавшие не могут попасть на похороны. Данных о том, помогают ли похороны пережить горе, мало, и они противоречивы. Но в рассказах людей повторяется одно: важна возможность попрощаться так, как это значимо для вас²⁶. Попрощаться можно и издалека.

Утраты без смерти: расставание, развод, эмиграция

Горе бывает не только после смерти. Расставание, развод, вынужденный отъезд, потеря дома — тоже утраты, и горевать о них нормально. Диагноз пролонгированного расстройства горя после таких утрат не ставят¹⁴, но это не значит, что они менее болезненны.

Иногда окружающие не признают утрату достойной горя: «это же просто бывший», «радуйся, что уехала». Такое горе называют непризнанным²⁷. То, что утрату не замечают другие, не делает её легче.

Как пережить расставание. В исследовании, где 58 молодых людей четыре недели вели дневник после расставания, чувства сильно «скакали», особенно в первые дни. Любовь ослабевала постепенно, а печаль, гнев и облегчение — неравномерно. Контакты с бывшим партнёром замедляли спад любви и печали²⁸. Тяжелее обычно тем, кто не был инициатором разрыва, для кого он был внезапным и кто чувствует себя отвергнутым или преданным²⁹. А у студентов окончание отношений, которые мало давали, бывало связано с ростом — возвращением к себе и своим интересам³⁰.

Как забыть человека. Проверенного способа нет. В экспериментах попытки не думать о прошлых отношениях не помогали: если чувства уже прошли, мысли о бывшем партнёре потом возвращались чаще, а если человек ещё был желанен, росло физиологическое возбуждение³¹. А наблюдение за страницей бывшего партнёра в соцсетях было связано с большим страданием и тоской — хотя неизвестно, что здесь причина, а что следствие³². Вместо того чтобы запрещать себе вспоминать, имеет смысл меньше подпитывать связь: реже заходить на страницу, сократить контакты, пока чувства не улягутся. Об этом подробнее — в статье «Руминация».

Развод. В немецком исследовании, которое следило за людьми годами, после развода 72% сохранили прежнюю удовлетворённость жизнью, а у 9% она даже выросла³³.

Что помогает пережить утрату

Большинству людей хватает своих сил и поддержки близких; профессиональная помощь нужна меньшинству³. Вот что известно о том, что поддерживает.

1. Разрешить горю идти волнами. Плохие и хорошие дни будут чередоваться. Отвлекаться, смеяться, заниматься делами — не предательство памяти, а передышка, без которой трудно выдержать утрату¹⁰.
2. Не оставаться одному. Поддержка близких связана с меньшей подавленностью, хотя и не ускоряет восстановление: горю всё равно нужно время³⁴. Можно прямо сказать, что вам нужно: посидеть рядом, помочь с делами, вспомнить вместе.
3. Найти свой способ попрощаться. Ритуал, письмо, поездка на место, разговор с теми, кто тоже помнит²⁶.
4. Беречь сон и тело. Если бессонница тянется неделями, стоит обратиться к врачу². Успокоительные из группы бензодиазепинов ВОЗ не рекомендует назначать людям в горе без психического расстройства³⁵.
5. Сохранять связь, если она утешает. Вспоминать, хранить вещи, говорить об умершем — нормально. Если же воспоминания приносят только боль, об этом стоит поговорить со специалистом¹².

Когда помогает терапия. ВОЗ не рекомендует предлагать структурированную психотерапию всем, кто пережил утрату³⁵. Но тем, у кого горе затянулось и мешает жить, она помогает. В метаанализе 31 рандомизированного исследования эффект был небольшим или умеренным; он был больше при индивидуальной работе, а также если с утраты прошло не меньше полугода³⁶. В крупном исследовании специальной терапии затяжного горя на неё откликнулись 83% участников против 55% у тех, кто получал плацебо и встречался с врачом. Антидепрессант циталопрам само горе заметно не облегчал, но вместе с терапией сильнее уменьшал депрессию³⁷.

Когда стоит обратиться за помощью

Стоит поговорить с психологом или врачом, если:

• прошло больше полугода, а тоска и боль почти такие же сильные и мешают жить;
• невозможно поверить в смерть близкого или вы избегаете всего, что о нём напоминает;
• жизнь кажется бессмысленной, одиночество ощущается невыносимым;
• хочется заглушить боль алкоголем или таблетками;
• к горю добавились подавленность, бессонница, потеря интереса ко всему.

Утрата — серьёзная нагрузка: в датском исследовании почти полутора миллионов людей риск самоповреждения, самоубийства и психических расстройств после смерти ребёнка, супруга, брата, сестры или родителя оставался повышенным годами, а сильнее всего — в первый год: после смерти ребёнка или супруга таких случаев было примерно на 16–19 больше на каждую тысячу человек³⁸. Поэтому о себе в это время стоит заботиться бережно и не откладывать помощь, если становится хуже.

Источники

1. Stroebe M., Schut H., Stroebe W. Health outcomes of bereavement. The Lancet, 2007, 370(9603), 1960–1973. doi.org/10.1016/S0140-6736(07)61816-9 ↑ ↑

2. Lancel M., Stroebe M., Eisma M. C. Sleep disturbances in bereavement: a systematic review. Sleep Medicine Reviews, 2020, 53, 101331. doi.org/10.1016/j.smrv.2020.101331 ↑ ↑

3. Stroebe M., Schut H., Boerner K. Cautioning health-care professionals: bereaved persons are misguided through the stages of grief. Omega, 2017, 74(4), 455–473. doi.org/10.1177/0030222817691870 ↑ ↑ ↑

4. Maciejewski P. K., Zhang B., Block S. D., Prigerson H. G. An empirical examination of the stage theory of grief. JAMA, 2007, 297(7), 716–723. doi.org/10.1001/jama.297.7.716 ↑ ↑

5. Silver R. C., Wortman C. B. The stage theory of grief (письмо в редакцию). JAMA, 2007, 297(24), 2692. doi.org/10.1001/jama.297.24.2692-a ↑

6. Holland J. M., Neimeyer R. A. An examination of stage theory of grief among individuals bereaved by natural and violent causes: a meaning-oriented contribution. Omega, 2010, 61(2), 103–120. doi.org/10.2190/OM.61.2.b ↑ ↑

7. Bonanno G. A., Wortman C. B., Lehman D. R. и др. Resilience to loss and chronic grief: a prospective study from preloss to 18-months postloss. Journal of Personality and Social Psychology, 2002, 83(5), 1150–1164. doi.org/10.1037/0022-3514.83.5.1150 ↑

8. Galatzer-Levy I. R., Bonanno G. A. Beyond normality in the study of bereavement: heterogeneity in depression outcomes following loss in older adults. Social Science & Medicine, 2012, 74(12), 1987–1994. doi.org/10.1016/j.socscimed.2012.02.022 ↑

9. Sveen J., Bergh Johannesson K., Cernvall M., Arnberg F. K. Trajectories of prolonged grief one to six years after a natural disaster. PLOS ONE, 2018, 13(12), e0209757. doi.org/10.1371/journal.pone.0209757 ↑

10. Stroebe M., Schut H. The dual process model of coping with bereavement: rationale and description. Death Studies, 1999, 23(3), 197–224. doi.org/10.1080/074811899201046 ↑ ↑

11. Stroebe M., Schut H. To continue or relinquish bonds: a review of consequences for the bereaved. Death Studies, 2005, 29(6), 477–494. doi.org/10.1080/07481180590962659 ↑

12. Hewson H., Galbraith N., Jones C., Heath G. The impact of continuing bonds following bereavement: a systematic review. Death Studies, 2024, 48(10), 1001–1014. doi.org/10.1080/07481187.2023.2223593 ↑ ↑

13. Carnelley K. B., Wortman C. B., Bolger N., Burke C. T. The time course of grief reactions to spousal loss: evidence from a national probability sample. Journal of Personality and Social Psychology, 2006, 91(3), 476–492. doi.org/10.1037/0022-3514.91.3.476 ↑

14. Всемирная организация здравоохранения. МКБ-11, 6B42 Prolonged grief disorder (пролонгированное расстройство горя). icd.who.int ↑ ↑

15. American Psychiatric Association. Prolonged grief disorder. psychiatry.org ↑

16. Eisma M. C. Prolonged grief disorder in ICD-11 and DSM-5-TR: challenges and controversies. Australian & New Zealand Journal of Psychiatry, 2023, 57(7), 944–951. doi.org/10.1177/00048674231154206 ↑

17. Lundorff M., Holmgren H., Zachariae R. и др. Prevalence of prolonged grief disorder in adult bereavement: a systematic review and meta-analysis. Journal of Affective Disorders, 2017, 212, 138–149. doi.org/10.1016/j.jad.2017.01.030 ↑

18. Comtesse H., Smid G. E., Rummel A.-M. и др. Cross-national analysis of the prevalence of prolonged grief disorder. Journal of Affective Disorders, 2024, 350, 359–365. doi.org/10.1016/j.jad.2024.01.094 ↑

19. Eisma M. C. Prevalence rates of prolonged grief disorder are overestimated. European Journal of Psychotraumatology, 2025, 16(1), 2520634. doi.org/10.1080/20008066.2025.2520634 ↑ ↑

20. Djelantik A. A. A. M. J., Smid G. E., Mroz A. и др. The prevalence of prolonged grief disorder in bereaved individuals following unnatural losses: systematic review and meta regression analysis. Journal of Affective Disorders, 2020, 265, 146–156. doi.org/10.1016/j.jad.2020.01.034 ↑

21. Buur C., Zachariae R., Komischke-Konnerup K. B. и др. Risk factors for prolonged grief symptoms: a systematic review and meta-analysis. Clinical Psychology Review, 2024, 107, 102375. doi.org/10.1016/j.cpr.2023.102375 ↑

22. Redican E., Hyland P., Shevlin M. и др. Prevalence and correlates of ICD-11 prolonged grief disorder among adults living in Ukraine during the war with Russia. Acta Psychiatrica Scandinavica, 2024, 149(5), 425–435. doi.org/10.1111/acps.13678 ↑

23. Shevlin M., Hyland P., Cloitre M. и др. Assessing self-reported prolonged grief disorder with "clinical checks": a proof of principle study. Journal of Traumatic Stress, 2025, 38(1), 174–180. doi.org/10.1002/jts.23100 ↑

24. Lechner-Meichsner F., Comtesse H., Olk M. Prevalence, comorbidities, and factors associated with prolonged grief disorder, posttraumatic stress disorder and complex posttraumatic stress disorder in refugees: a systematic review. Conflict and Health, 2024, 18(1), 32. doi.org/10.1186/s13031-024-00586-5 ↑

25. Boss P. Ambiguous loss research, theory, and practice: reflections after 9/11. Journal of Marriage and Family, 2004, 66(3), 551–566. doi.org/10.1111/j.0022-2445.2004.00037.x ↑

26. Burrell A., Selman L. E. How do funeral practices impact bereaved relatives' mental health, grief and bereavement? A mixed methods review with implications for COVID-19. Omega, 2022, 85(2), 345–383. doi.org/10.1177/0030222820941296 ↑ ↑

27. Doka K. J. Disenfranchised grief. Bereavement Care, 1999, 18(3), 37–39. doi.org/10.1080/02682629908657467 ↑

28. Sbarra D. A., Emery R. E. The emotional sequelae of nonmarital relationship dissolution: analysis of change and intraindividual variability over time. Personal Relationships, 2005, 12(2), 213–232. doi.org/10.1111/j.1350-4126.2005.00112.x ↑

29. Field T., Diego M., Pelaez M. и др. Breakup distress in university students. Adolescence, 2009, 44(176), 705–727. pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/20432597 ↑

30. Lewandowski G. W., Bizzoco N. M. Addition through subtraction: growth following the dissolution of a low quality relationship. The Journal of Positive Psychology, 2007, 2(1), 40–54. doi.org/10.1080/17439760601069234 ↑

31. Wegner D. M., Gold D. B. Fanning old flames: emotional and cognitive effects of suppressing thoughts of a past relationship. Journal of Personality and Social Psychology, 1995, 68(5), 782–792. doi.org/10.1037/0022-3514.68.5.782 ↑

32. Marshall T. C. Facebook surveillance of former romantic partners: associations with postbreakup recovery and personal growth. Cyberpsychology, Behavior, and Social Networking, 2012, 15(10), 521–526. doi.org/10.1089/cyber.2012.0125 ↑

33. Mancini A. D., Bonanno G. A., Clark A. E. Stepping off the hedonic treadmill: individual differences in response to major life events. Journal of Individual Differences, 2011, 32(3), 144–152. doi.org/10.1027/1614-0001/a000047 ↑

34. Stroebe W., Zech E., Stroebe M. S., Abakoumkin G. Does social support help in bereavement? Journal of Social and Clinical Psychology, 2005, 24(7), 1030–1050. doi.org/10.1521/jscp.2005.24.7.1030 ↑

35. Tol W. A., Barbui C., Bisson J. и др. World Health Organization guidelines for management of acute stress, PTSD, and bereavement: key challenges on the road ahead. PLOS Medicine, 2014, 11(12), e1001769. doi.org/10.1371/journal.pmed.1001769 ↑ ↑

36. Johannsen M., Damholdt M. F., Zachariae R. и др. Psychological interventions for grief in adults: a systematic review and meta-analysis of randomized controlled trials. Journal of Affective Disorders, 2019, 253, 69–86. doi.org/10.1016/j.jad.2019.04.065 ↑

37. Shear M. K., Reynolds C. F., Simon N. M. и др. Optimizing treatment of complicated grief: a randomized clinical trial. JAMA Psychiatry, 2016, 73(7), 685–694. doi.org/10.1001/jamapsychiatry.2016.0892 ↑

38. Guldin M.-B., Kjaersgaard M. I. S., Fenger-Grøn M. и др. Risk of suicide, deliberate self-harm and psychiatric illness after the loss of a close relative: a nationwide cohort study. World Psychiatry, 2017, 16(2), 193–199. doi.org/10.1002/wps.20422 ↑