Избегающий тип привязанности: почему близость пугает и что с этим делать

«Мне нужно побыть одному». «Не дави на меня». «Давай не будем об этом». Если такие фразы звучат каждый раз, когда отношения становятся ближе, — в разговорах о привязанности это обычно называют избеганием.

Ярлык «избегающий» стал популярным, и вокруг него много мифов: что такие люди холодны, не умеют любить или «ничего не чувствуют». Исследования рисуют более сложную и более человеческую картину.

Что такое избегающий тип привязанности

Привязанность у взрослых описывают двумя шкалами: тревогой за отношения и избеганием близости. Подробно об этом — в статье «Типы привязанности у взрослых».

Избегающим называют сочетание высокого избегания и низкой тревоги. Человек ценит независимость, ему неуютно, когда от него ждут большей открытости или зависимости, и при сближении он отстраняется. Исследователи описывают это как стратегию деактивации: потребность в близости не исчезает, но её привычно выключают — не ищут поддержки, отрицают нужду в ней, держатся подальше от взаимной зависимости¹.

Если высоки обе шкалы — и тревога, и избегание, — это другой вариант, тревожно-избегающий: человек одновременно тянется к близости и боится её. О нём — в статье «Тревожно-избегающий тип привязанности». Ниже речь в основном о «чистом» избегании.

Что происходит внутри

Популярные тексты обычно говорят одно из двух: либо избегающий «ничего не чувствует», либо «внутри он страдает, а снаружи держит лицо». Эксперименты показывают, что верно и то и другое — смотря при каких условиях.

Приглушать чувства действительно получается. В американском исследовании участников просили не думать о том, что партнёр их бросает. Люди с избегающим типом привязанности справлялись с этим успешно: мысли об уходе становились у них менее доступными, а физиологическое возбуждение снижалось. Авторы сделали вывод, что избегающие не просто прячут волнение, а действительно приглушают систему привязанности³.

Но защита держится, пока хватает сил. Израильские исследователи повторили похожий эксперимент и добавили нагрузку: во время теста участники должны были удерживать в памяти семизначное число. Под такой нагрузкой у людей с высоким избеганием слова, связанные с расставанием, и негативные представления о себе, наоборот, становились особенно «доступными» — это было видно по времени реакции. При лёгкой нагрузке этого не происходило⁴.

Тело реагирует, даже когда слова спокойны. В исследовании с интервью о детстве у людей, которые в рассказах о родителях держались «деактивирующей» стратегии — идеализировали родителей, мало помнили, преуменьшали значение привязанности, — заметно росла электропроводность кожи, когда их спрашивали о разлуке и отвержении со стороны родителей⁵.

Получается, избегание — не отсутствие потребности в людях, а навык с ней справляться. Он неплохо работает в обычной жизни и даёт сбой, когда нагрузка становится слишком большой: стресс, усталость, кризис.

Как избегание проявляется в отношениях

Снаружи избегание может выглядеть по-разному, но некоторые сценарии повторяются.

Последний пункт подтверждают и наблюдения за парами. В исследовании, где пары записывали на видео во время разговора о том, что один хочет изменить в другом, люди с высоким избеганием в роли «того, кого просят» проявляли больше гнева и чаще отстранялись, а такие разговоры реже заканчивались успешно⁶.

Метаанализ 73 исследований, в которых участвовали более 21 тысячи человек, показал: и тревога, и избегание связаны с более низким качеством отношений, но по-разному. Избегание сильнее связано с меньшей удовлетворённостью, ощущением связи и поддержкой. Тревога — с конфликтами. Пол почти не влиял на эти связи⁷. Избегающим бывает человек любого пола: выражения «избегающий мужчина» и «избегающая женщина» описывают одно и то же явление.

Важная деталь из другого метаанализа: ненадёжная привязанность сильнее связана с удовлетворённостью самого человека, чем его партнёра⁸. То есть недовольство отношениями при избегании испытывает прежде всего сам избегающий.

Как общаться с избегающим партнёром

Этот вопрос задают чаще всего — и именно здесь больше всего советов без опоры на данные. Вот что известно из исследований.

Смягчать просьбы. В том же видеоисследовании оказалось: когда партнёр «смягчал» свою просьбу — признавал самостоятельность другого, его усилия и то, что он ценен, — гнев и отстранение человека с высоким избеганием в эти моменты снижались, а разговор чаще заканчивался успешно⁶. Сравните: «Ты опять ничего не сделал» и «Я вижу, что ты устаёшь на работе, и мне правда важно, чтобы мы вместе решили, кто забирает ребёнка по средам».

Предлагать практическую помощь. В исследовании пар люди с «отвергающей» стратегией (её определяли по интервью о детстве) лучше откликались на практическую поддержку — помощь с делом, совет, решение задачи, — чем на эмоциональную: объятия, расспросы о чувствах, утешение⁹. Особенно когда им было тяжело.

Признавать вклад. Когда партнёра с высоким избеганием просили о большой жертве, он реагировал позитивнее, если другой выражал уверенность, что он поможет, и признавал, чем тот жертвует¹⁰.

Не путать уважение к пространству с исчезновением. Совет «просто дай ему пространство» — не научный вывод. Исследования говорят об уважении к самостоятельности, а не о том, чтобы перестать говорить о своих потребностях. Хорошо работает договорённость о паузе: «Давай сделаем перерыв на час и вернёмся к разговору».

Если вы узнали себя

Избегание — не приговор и не черта характера на всю жизнь. Вот с чего можно начать.

1. Замечать момент отстранения. Что произошло прямо перед тем, как захотелось уйти: просьба, упрёк, слишком тёплый вечер, разговор о будущем?
2. Называть, а не исчезать. «Мне нужно время, я вернусь к этому вечером» сохраняет связь. Молчаливый уход её рвёт.
3. Пробовать маленькую зависимость. Попросить о помощи в мелочи. Рассказать о трудном дне. Исследователи предполагают, что именно опыт «зависеть от другого — и это оказалось безопасно» постепенно снижает избегание¹².
4. Помнить, что потребность в людях — не слабость. Её приглушают не потому, что её нет, а потому, что когда-то так было безопаснее.

Избегание меняется. В исследовании, охватившем 59 лет жизни, оно в среднем снижалось с возрастом¹³. В испытании двух видов терапии социальной тревожности с участием 495 человек избегание и тревога за отношения менялись при обоих методах¹⁴. Но это медленный процесс, поэтому с такими вопросами часто выбирают длительную терапию: в ней есть время на опыт близости, в том числе с самим терапевтом.

О том, как выглядит обратная сторона — тревога за отношения, — читайте в статье «Тревожный тип привязанности».

Источники

1. Mikulincer M., Shaver P. R. An attachment perspective on psychopathology. World Psychiatry, 2012, 11(1), 11–15. pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC3266769 ↑

2. Roisman G. I., Holland A., Fortuna K., Fraley R. C., Clausell E., Clarke A. The Adult Attachment Interview and self-reports of attachment style: an empirical rapprochement. Journal of Personality and Social Psychology, 2007, 92(4), 678–697. doi.org/10.1037/0022-3514.92.4.678 ↑

3. Fraley R. C., Shaver P. R. Adult attachment and the suppression of unwanted thoughts. Journal of Personality and Social Psychology, 1997, 73(5), 1080–1091. doi.org/10.1037/0022-3514.73.5.1080 ↑

4. Mikulincer M., Dolev T., Shaver P. R. Attachment-related strategies during thought suppression: ironic rebounds and vulnerable self-representations. Journal of Personality and Social Psychology, 2004, 87(6), 940–956. doi.org/10.1037/0022-3514.87.6.940 ↑

5. Dozier M., Kobak R. R. Psychophysiology in attachment interviews: converging evidence for deactivating strategies. Child Development, 1992, 63(6), 1473–1480. doi.org/10.2307/1131569 ↑

6. Overall N. C., Simpson J. A., Struthers H. Buffering attachment-related avoidance: softening emotional and behavioral defenses during conflict discussions. Journal of Personality and Social Psychology, 2013, 104(5), 854–871. doi.org/10.1037/a0031798 ↑ ↑

7. Li T., Chan D. K.-S. How anxious and avoidant attachment affect romantic relationship quality differently: a meta-analytic review. European Journal of Social Psychology, 2012, 42(4), 406–419. doi.org/10.1002/ejsp.1842 ↑

8. Candel O.-S., Turliuc M. N. Insecure attachment and relationship satisfaction: a meta-analysis of actor and partner associations. Personality and Individual Differences, 2019, 147, 190–199. doi.org/10.1016/j.paid.2019.04.037 ↑

9. Simpson J. A., Winterheld H. A., Rholes W. S., Oriña M. M. Working models of attachment and reactions to different forms of caregiving from romantic partners. Journal of Personality and Social Psychology, 2007, 93(3), 466–477. doi.org/10.1037/0022-3514.93.3.466 ↑

10. Farrell A. K., Simpson J. A., Overall N. C., Shallcross S. L. Buffering the responses of avoidantly attached romantic partners in strain test situations. Journal of Family Psychology, 2016, 30(5), 580–591. doi.org/10.1037/fam0000186 ↑

11. Simpson J. A., Overall N. C. Partner buffering of attachment insecurity. Current Directions in Psychological Science, 2014, 23(1), 54–59. pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC4157676 ↑

12. Arriaga X. B., Kumashiro M., Simpson J. A., Overall N. C. Revising working models across time: relationship situations that enhance attachment security. Personality and Social Psychology Review, 2018, 22(1), 71–96. doi.org/10.1177/1088868317705257 ↑

13. Chopik W. J., Edelstein R. S., Grimm K. J. Longitudinal changes in attachment orientation over a 59-year period. Journal of Personality and Social Psychology, 2019, 116(4), 598–611. doi.org/10.1037/pspp0000167 ↑

14. Strauß B., Altmann U., Manes S. и др. Changes of attachment characteristics during psychotherapy of patients with social anxiety disorder: results from the SOPHO-Net trial. PLOS ONE, 2018, 13(3), e0192802. doi.org/10.1371/journal.pone.0192802 ↑